cайт Бронислава Виногродского


Восток и запад


- Бронислав, уточните, пожалуйста, вы китаист, китаевед или синолог?

- Существует условное разделение на китаистов и китаеведов. Первые считаются специалистами по Китаю, хорошо знающими язык. Вторые занимаются глубоким изучением Китая. Я причисляю себя к китаеведам.

- Что для Вас значит Китай?

- У меня серьезный интерес к этой стране, Китай играет большую роль в моей жизни. Китай дает мне возможность увидеть Россию другими глазами.

- Китай и западный мир - две большие и очень разные планеты. Вы могли бы обозначить суть различий между ними?

- В китайской философии существует понятие функционального духа. Восемь знаков рождения, так называмые Шэнчэнь Бацзы, присущие каждому человеку подразумевают то, что он должен выбрать определенную сферу деятельности, компенсирующую его недостатки от рождения. Если я, например, слишком мягок, мне следует в жизни работать с железом.

Для европейца эти вещи звучат экзотично, и это связано, с моей точки зрения, с невероятной наивностью западного человека, который в борьбе за технический прогресс, существенно сузил диапазон чувствования мира, обретя при этом силы для видоизменения и разрушения материи.

Западный человек, к сожалению, совсем потерял видение очень важных вещей. Критерием истинности для него является непосредственное, конкретное чувствование: увидел, потрогал, понюхал, измерил, взвесил, изучил с помощью приборов, - значит это существует. Зрительно-осязательную верификацию как критерий истинности он довел до крайности, при этом более сложные формы чувствования были выведены в область подсознательного, самовнушения, непонятной экстрасенсорики. И человек веками бегает по замкнутому кругу этой парадигмы, которая невероятно сильна, потому что абсолютно подтверждаема чувствами.

А ведь существует теорема великого математика Гёгеля, в соответствии с которой ни одна система не может быть непротиворечиво описана без необходимости выхода за пределы этой системы. С помощью этой теоремы через отрицание описаны многие мистические миры.

Математики и лингвисты знают, что для того, чтобы описать любой язык, нужно создать стоящий над этим языком метаязык. И, для того, чтобы понять, как ты устроен, нужно выйти за собственные пределы.

Для каждого существует выбор - выходить или не выходить. Выход всегда подразумевает резкое ослабление, уязвимость личности. А если нет доверия к миру, нет ощущения, что все построено в нем разумно, то выход никак не может восприниматься как нечто правильное, позитивное.

- Что ищет западный человек в Китае, обращаясь к ее истории, культуре, философии?

- Китай - это цивилизация времени. А мы сейчас живем в эпоху глобализации, порождаемой кибернетической парадигмой. Все "поют" тему ценностей, навязанных весьма спорными источниками. Часто это делается бессознательно, без опоры на глубокие знания, образование, хотя по существу полноценно образоваться сейчас негде. Чтобы образоваться, нужно иметь перед собой образы, транслируемые нам из прошлого, а у нас нет даже такого понятия. У китайцев же все это сохранилось, несмотря на крутые, жесткие и неоднократные повороты китайской истории. Китайский мир, склеенный из битых и гнутых обломков прошлого, корнями все же уходит в древность простоты.

- Если что и роднит Россию с Китаем, так это крутые повороты истории. В Китае можно обнаружить признаки тех же "болезней", что есть у нас?

- Понимаете, есть же еще бытовая сторона жизни, суть которой в России состоит в том, что все друг друга активно не любят. В Китае и в Европе такое тоже может встретиться, но очень редко. В России значительно выше концентрация нелюбви друг к другу. Гневливость, раздражительность, неумение себя контролировать… Я не моралист, я в большей степени антрополог. В Китае тоже попадаются разные люди и возникают разные ситуации, но всего этого меньше.

То, что мы очень многое потеряли, и проигрываем китайцам почти по всем позициям - это совершенно очевидно. То, что мы тяжело больны физически и духовно, тоже бесспорно. Но, в конце концов, мы же не на беговой дорожке. И мы, и они, вообще все посланы в этот мир, чтобы исправить ошибки, и, прежде всего, улучшить самого себя. И если ты это делаешь с собой, то и мир вокруг улучшается. Просто надо в это верить.

Я сейчас работаю над переводами Чжуан-цзы, автора 4 века до н.э. Не назвал бы его философом, но то, что он написал, представляет собой потрясающе ясное понимание того, что у человека отняла цивилизация. Не что дала, а именно что отняла. И все это описано простым разговорным языком.

Я недавно посмотрел "Мертвеца" Джима Джармуша, и вспоминаю свои ощущения от его североамериканских индейцев. Как они были красивы. Душой и телом. Каким обладали достоинством, благородством. Вот это современный человек утратил: он перестал ощущать себя неотъемлемой частью окружающего мира. Внутри каждого личная батарея, личные наручники и личный ключик. И невозможно подняться на холм, вдохнуть воздух, расправить руки и полететь. Все только и делают, что не живут, а выживают.

Но качество выживания тоже бывает разным. Я имею в виду не внешнюю сторону, а внутреннее ощущение. Китайцы сохранили себя, в том числе чувство собственного достоинства. А условия жизни при этом могут быть довольно тяжелыми. Чувство собственного достоинства появляется, когда у тебя есть сила духа.

Тексты Чжуан-цзы, о которых я говорил, это не прошлое, это часть современной культуры. Из его трактатов разошлись цитаты, которые живы до сих пор. И не только из Чжуан-цзы, а из текстов более древних мыслителей. А мы привыкли оглядываться только на наш полуфранцузский ХIХ век. Назвали его золотым, и другого у нас как будто ничего не было.

Чтобы нас изменить, нужно разобраться в себе самих. А чтобы возникло понимание, необходим ясный понятийный уклад. В этом смысле Китай и китайцы далеко ушли. А мы движемся в пределах каких-то кусочков знаний, мельтешащей информации, ощущений. Плохая погода, рубль укрепляется, надо учить английский, зарплата растет, а денег стало меньше, надо поехать отдохнуть, дети пошли в школу… И так далее, и тому подобное. Высокое - низкое, второстепенное - важное, случайное - закономерное находится в какой-то дикой мешанине.

Кто-то вдруг останавливается на бегу и пытается заняться философией и психологией. Начинает читать - там тоже полная "непонятка", потому что не с того конца начал читать. Поэтому случаются уходы в мистику, в которой какие-то законы бытия частично отражаются. А что такое мистика? Это осколки древних этнических традиций, которые были переработаны западным мышлением для западного же мышления с помощью современных способов языкового описания.

- Китайцы - цельные люди? То есть они четко представляют себе кто и что они, и куда идут?

- В основном да. У них есть точная система понятий независимо от социальной принадлежности.

- Мне кажется, что не китайцы движутся сквозь время, а время сквозь них, они же остаются при всех изменениях неизменными. Это похоже на правду?

- Можно и так сказать. Внутри них есть крепкое ядро, многие вещи проходят мимо них по касательной.

- Например, коммунистическая власть в Китае осталась, а страна поменялась коренным образом…

- В России очень большие проблемы с пониманием, что такое власть. Для чего она существует, и во что воплощается, как развивается во времени. С одной стороны у нас есть постоянное желание, вполне справедливое, вскинувшись на дыбы, все клеймить, с другой стороны - полное отсутствие понятий, позволяющих видеть целостную картину происшедшего и происходящего. Но все всё равно получают по заслугам. Это измеряется не количеством полученного, а качеством проживания времени. Качество проживания времени - очень тонкая штука, хрупкая паутиночка, складывающаяся из массы нюансов. Но кто у нас думает об этой паутине, особенно в Москве? Но если не терять тонкую нить, мир становится другим.

- Китайцы и западные технологии - вот тема поистине неисчерпаемая.

- Китайцы открыты всему новому, а мы нет. Мы боимся нового, и при этом все время кому-то подражаем в отличие от китайцев, которые учатся у других, а не подражают. Но самая главная технология, используемая китайцами - социальная. Как организовать людей, создать из них профессиональные группы, производства, чтобы они могли следовать любым технологиям. Масштабы, характер и суть китайской организации дела мало кто себе представляет, и понять это сложно.

- Китай помогает вам понять то, как надо жить?

- Знания в любом случае чему-то учат, в том числе и жизни. Благодаря Китаю я многое узнал о типологии ситуаций. Волшебство этого мира я познал через Китай. Изучая Книгу Перемен, я занялся способами прогнозирования будущего, способами мышления и технологиями принятия решений. В общении и способах коммуникации я считаю себя профессионалом.

- У Китая много проблем. Но почему-то мне кажется, что эта страна - непотопляемый авианосец.

- Согласен. У Китая очень мощные корни, к которым он все время возвращается и обращается. Сила любого организма кроется в способности восстановления. У китайцев есть ощущение, что предки - это очень рядом, что они теперешние - это продолжение их же прошлых. Мы же относимся к своему прошлому как к чему-то, что было очень давно и не с нами.

Бронислав Виногродский, журнал "Menu Magazine", 2008 год.

общество

Опрос: 

В чём Ваши цели и ценности?





Знаете ли вы


В храмах Китая люди зажигают благовония и ритуальные свечи - считается, что с дымом их просьбы возносятся к Небесам...